Путешествие в Чистляндию

02.04.2012 15:53 Категория: Пожиратель времени

Обращаясь с пожеланиями к киноиндустрии на 1929 год — год сильнейшего экономического кризиса,— Уильям Хейс после слов «процветание ждет нас» сказал в заключение: «Мы всегда шли вперед. Направление вы­брано, и прогресс остановить нельзя. А это означает, что в 1929 году выйдут новые развлекательные зрелища для миллионов жителей земли. Нам следует проникнуться большой признательностью ко всем тем, кто создает эти киноразвлечения».

Искусственный мир, придуманный служащими «фа­брики грез», превосходно описан в великолепном сатири­ческом произведении журналиста, сценариста и драма­турга Элмера Райса «Путешествие в Чистляндию», опу­бликованном в конце периода немого кино.

На ней постоянно звучит тихая, мелодичная музыка. Изредка слышится проникновенный голос — Воплощение,— который произ­носит многозначительные фразы, вроде: «Все свои девятнадцать весен Пэнси Мэлоун, невинное дитя природы, ведет сельский образ жизни». Перед героем возникает «очаровательное создание...

Босоногая девушка, одетая мило и просто. Она грациозно опирается на грабли. Она, скорее, выглядит на тридцать, а не на двадцать лет... хотя ее лицо поражает белейшей, без единой морщиночки кожа. У нее восхитительный ротик, а длинные, изогну­тые ресницы оттеняют гордые и скромные глаза. Густые золотистые кудри сами собой образуют чудесную приче­ску. Напедикюренные пальчики целомудренно утопают в шелковистой траве.

— Я живу вместе с матерью-вдовой в обычном гли­нобитном домишке,— сообщила мисс Мэлоун,— но вы можете рассчитывать на наше радушие, если только со­благоволите воспользоваться нашим гостеприимством...

Сад благоухал цветами, а домик утопал в ро­зах. Она подняла защелку и провела гостя в комнатку со скромной мебелью. Убранство домика свидетельство­вало о вкусе и благородном воспитании его обитателей.

Воплощение сдержанным тоном объявило: «Миссис Мэлоун, мать Пэнси, которую горести состарили раньше времени»...

Миссис Мэлоун выглядела на все семьдесят, и если учесть, что Пэнси всего девятнадцать, возраст ее наво­дил на размышления...»

В Голливуде той эпохи за правило считалось, что мать должна выглядеть старухой. Девушек, подобных Пэнси, Райс окрестил «добродетельницами». Это «...кра­сивые создания от восемнадцати до двадцати двух лет, большей частью блондинки, изредка брюнетки, их от­личительная черта — девственность».

Ее мать относилась к разряду «страдальниц» и, как все женщины этой касты, вела «размеренное существо­вание даже по земным меркам. Вязание, продолжитель­ное созерцание фотографий дорогих родственников, ча­сто сопровождавшееся слезами,— других занятий у нее не было... В самые спокойные моменты жизни она прини­мается за варку конфитюров».

Поскольку любовь им неве­дома, им неизвестны ни страдания, ни драмы. Их основ­ная забота — избежать встречи с призраками, которых они безумно боятся. Мужчины работают либо музыкан­тами, либо проводниками пульмановских поездов. Жен­щины в основном выступают в роли старых кормилиц...

Чистляндские негры не занимаются искусством, их не влекут свободные профессии. Среди них нет ни поэтов, ни адвокатов, ни учителей. Их пища отличается крайней скудостью и состоит из курятины и арбузов. По совер­шенно неведомым причинам они ценят эту пищу лишь в том случае, если крадут ее!»

Миллионеры встречаются в великом множестве и живут в роскошных дворцах размером с вавилонскую башню. Но «...в Чистляндии участь богачей далеко не так счастлива, как

кажется. Пословица, утверждающая, что деньги не при­носят счастья, подтверждается на примере этой страны. Нет более ужасной напасти, чем богатые родите­ли. Несчастное дитя-миллионер обречено на одиноче­ство... Когда оно достигает брачного возраста, родители встают стеной на пути его проектов. Молодые мил­лионеры благородной души борются с заклятием судьбы, выбирая в жены девушек скромного происхождения. Но обычно эти девушки отказываются выйти за них. И все же любовь всегда одерживает верх над их возра­жениями».

Недра планеты представляют собой неистощимые залежи золо­та, алмазов и нефти.

«Шахты и заводы, разбросанные там и сям, походят скорее на места сентиментальных раздумий, чем про­мышленной деятельности. А потому Чистляндия не знает недоразумений между работодателями и рабочими, ко­торые постоянно грозят нарушением социального равно­весия в нашем обществе. Рабочий класс представлен в основном несколькими восхитительными работницами, на красоте которых не отражается самый тяжкий труд. Они всегда выходят замуж за молодого человека привле­кательной внешности, обладателя приличного состояния.

В Чистляндии нет и следа того мрачного легиона тру­жеников, которые составляют большую часть земного на­селения. На этой планете никто не страдает от нищеты. Правда, это не означает, что нищету презирают. Напро­тив, она приобретает поэтическую форму, которая обла­гораживает ее идеальных представителей...»

В стране, где неизвестны социальные конфликты, а трудящиеся классы отсутствуют, «войны непродолжи­тельны и увлекательны. Любой бой носит решающий ха­рактер и завершается позорной гибелью врага... который чаще всего принадлежит к цветной расе...»



Ещё новости?